2. Кризис социализма 

До середины 80-х годов, и советские вожди, и большинство западных левых враждебно относились к Европейским Сообществам и Общему рынку, считая их результатом cговора транснациональных корпораций и либеральных политиков.

Однако всемирный кризис социализма в конце 70-х - начале 80-х заставил их начать пересмотр этого отношения, как и многих других краеугольных камней их стратегии.

Итальянская коммунистическая партия (ИКП) долго считалась у советских нелояльной, если не враждебной, благодаря своему "еврокоммунизму". Теперь это тоже оказалось под сомнением. Более того, итальянские коммунисты сыграли важную роль в разработке новой стратегии. С этим тогдашний генеральный секретарь ИКП Алессандро Натта и приехал в Москву в январе 1986 г. 

А. Натта. […] С конца семидесятых годов на Западе налицо не только наступление капитализма, но и определенный успех этого наступления и в экономическом, и в политическом, и в идейном планах (все сильнее укореняются идеи рынка и конкуренции). […] 

Налицо несоответствие ответа рабочего класса, всех левых сил на атаку империализма. Откровенно говоря, положение компартий на Западе сейчас критическое. Налицо отступление, утрата влияния в массах, и не только в ходе выборов. Такого, как сейчас, 15-20 лет назад не было. Налицо отступление, утрата влияния в массах, и не только в ходе выборов. На позиции рабочего класса повлияли расколы и глубокие кризисы в партиях. И тут сказываются, конечно, не только опоздания с реакцией на атаки империализма, с оценками новой ситуации, но и нечто иное. 

И коммунисты не одиноки в своем бедственном положении, продолжал итальянец. Можно было смело говорить об общем кризисе европейских левых.  

Мы находимся в Европе, в Западной Европе, здесь родились и боремся за социализм в Западной Европе. Ведь и СДПГ, и лейбористы, и Французская компартия столкнулись с большими трудностями, порожденными научно-технической революцией, крахом "социального государства", безработицей. Социал-демократы до сих пор проводили традиционную политику, но сейчас тоже начинают размышлять. Однако проблемы, с которыми мы сталкиваемся, не только европейские. Они существуют и в других частях света. 

Последней неудачей европейских левых была, на тот момент, попытка Миттерана построить социализм во Франции, опираясь на коалиционное правительство социалистов и коммунистов. И во всех дискуссиях о судьбах социализма эта история становилась предметом самого пристального внимания.  

Французские социалисты говорят о некоторых вещах, которые следует учесть. Попытка демократического преобразования в такой стране, как Франция, очень трудна, если она не сопровождается аналогичными попытками в других странах. Когда во Франции социалисты начали свои преобразования, в ФРГ и Великобритании социал-демократы ушли из правительств. Это создало немалые трудности. Преобразования прогрессивного характера нуждаются в поддержке со стороны других прогрессивных сил Европы. 

И в самом деле, строители социализма в одной, отдельно взятой стране, неизменно оказываются перед весьма неприятным выбором. Будешь строить социализм - потеряешь конкурентоспособность. Будешь заботиться о конкурентоспособности - социализма не получится. Никак эти две вещи не совместишь, даже вооруженные кордоны на границах не спасают. Единственный выход - строить социализм одновременно у всех конкурентов.  

Передовые решения социального плана должны вписываться в европейские рамки, - заявил Натта. - В одной стране даже самые интересные решения дадут только частичные результаты. 

Эти соображения и предопределили отношение левых к европейской интеграции. Если раньше это отношение было по меньшей мере холодным, то теперь в интеграции они видели едва ли не единственный путь к успеху. Коль скоро вся их многолетняя борьба за власть в отдельных европейских странах не увенчалась успехом, оставалось только одно - попробовать установить свою власть надо всей Европой сразу. 

Следует признать, что создание единого рынка - это не просто проект, а реальный путь развития Европы, - говорил Натта. - Поэтому западноевропейское рабочее движение в лице своих политических партий и профсоюзов не должно оставлять этот процесс без внимания, а активно внедряться в него. Что нас ждет в будущем? Сокращение безработицы или уменьшение занятости, ослабление или усиление экономических проблем, усиление или уменьшение влияния крупных финансово-промышленных сил? Нам было бы, конечно, неприятно, если бы в единой Европе установилось господство таких магнатов, как Аньелли. Будем надеяться, что верх одержит все-таки демократия в смысле углубления социальных прав граждан, увеличения их политических прав, прав на правдивую информацию. 

Нужно ли говорить, что под демократией коммунисты понимали демократию социалистическую, а "правдивая информация" была у них эвфемизмом для своей же пропаганды. Она-то, как они надеялись, и одержит верх в объединенной Европе.

Однако надеяться мало, нужно было еще и действовать. Власть над целой Европой не пришла бы к коммунистам сама собой - за нее надо было бороться. "Мы исходим из того, что Европейское сообщество - это реально существующее объединение, то есть своего рода поле боя, на котором левые силы и должны вести свою политическую борьбу", говорил Натта. 

Что касается объединенной Западной Европы, то в ней пока одержали верх консервативные и либеральные силы. Левые силы в настоящее время отстают в своем влиянии. Во-первых, потому, что им не удалось опереться на более широкий консенсус населения, и, во-вторых, им не удалось сблизиться с центристскими силами, которые выражают интересы новых социальных слоев, занятых, например, в сфере услуг, в административном аппарате, слоев, выступающих безоговорочно в пользу интеграции. Конечно, это отставание пока не фатально, так как мы хотим и можем представлять интересы этих новых слоев. Но существует реальная возможность того, что они останутся под влиянием центристских или в лучшем случае социал-демократических сил. Независимо от наших расчетов и прогнозов, новые социальные слои существуют и развиваются, и работать с ними надо. 

Таким образом, одно было совершенно ясно: для победы надо объединить все левые силы - коммунистов, социал-демократов и вообще кого угодно, кто поддержит социалистическую программу. 

Нужны новые усилия для расширения союзов не только в Италии, но и в европейских рамках, причем речь должна идти о всех левых силах, в широком смысле слова. Надо вовлекать в союзы не только партии, коммунистические, социалистические, социал-демократические, но и весь комплекс движений, прогрессивных сил с разными устремлениями, в том числе религиозные движения. В борьбе за мир религиозные силы кое-где обгоняют коммунистов если не по идеям, то в организационном плане. В Голландии, например. В Италии тоже ситуация разная есть епископы, проводящие реакционную политику, но есть и такие, которые выступают за социальную справедливость, за равноправие.

Однако, заключая союзы, нужно сохранять коммунистическую идентичность партии. Идентичность коммуниста это живой процесс, не определенный раз и навсегда. Хочу еще раз повторить условия стали сложными, процессы развиваются, их законы не установлены раз и навсегда. Вижу, что и вы задумались об этом. Переход от одной фазы развития к другой всегда порождает сложные проблемы. Это не фатальные, раз и навсегда определенные проблемы. Это новые возможности. 

Однако Горбачев предупредил итальянского товарища, что нельзя заходить слишком далеко в дебри оппортунизма. Все маневры, как бы умны они не были, непременно должны были служить главной цели - социализму.  

Одна мысль. - предупредил Горбачев. - Осмысливая свою работу, важно иметь в виду привлекательность социалистического идеала, социалистической перспективы. Кроме нас об этом никто не будет думать. У других, даже у социал-демократов, другие идеалы, тем более у консерваторов. Вы правы, что на левом фронте нет готовой позиции, а задача обогатить левое движение, получить новых союзников. Может быть, на этом пути появятся промежуточные этапы, к которым надо идти, не теряя из виду наших целей. Кое-кто в поисках ответа на вставшие вопросы сбился с курса, но в результате можно вообще потерять позиции. Не наша задача, думаю, добавлять что-то к социал-демократическому опыту. Точки соприкосновения искать надо, могут быть и временные союзы. Но альтернатива буржуазным партиям - коммунисты. 

Конечно, на этом пути невозможно было обойтись без крупных компромиссов, но это было вполне приемлемо. Коммунисты, да и другие социалисты, переболев "детской болезнью левизны", уже поняли, что с налету всего не сделаешь. Стало быть, в любом случае надо было пересмотреть свою программу в более умеренную сторону. А представив это как свою крупную уступку политическим союзникам, они убивали двух зайцев сразу.  

Мы говорили о том, что в странах Западной Европы левые силы в той или иной степени утратили свои позиции, - напомнил Натта. - Одна из причин этого - определенное отставание в анализе и осознании процессов крупных перемен, происходящих в современном капиталистическом обществе, причем отстают здесь и коммунисты, и социалисты, и социал-демократы. Совершенно недостаточным был и анализ, критический подход к проблемам современного капитализма, в том числе к крупным изменениям, которые происходили и происходят в сфере производства, в социальной структуре общества. В частности, мы заняли слишком оборонительную позицию в таких вопросах, как интернационализация капиталистической экономики, развитие и кризис "государства благосостояния" и так далее.

Ведь надо признать, что, например, "государство благосостояния" принесло значительные социальные завоевания трудящимся - сфера услуг, пенсии, социальное обеспечение. Но одновременно мы, коммунисты, то ли переоценив, то ли недооценив функции "государства благосостояния", защищали ситуации, которые, как стало ясно только теперь, мы не должны были защищать. В результате разбух бюрократический аппарат, который обслуживает сам себя. Интересно, что здесь можно проследить и определенные аналогии с вашей ситуацией, которая была названа застоем.

- Закон Паркинсона действует повсюду, - вставил Горбачев.

- Любая бюрократизация, - продолжал Натта, - приводит к тому, что аппарат начинает защищать свои собственные интересы и забывает про интересы граждан. Думается, именно поэтому требование правых сил насчет реприватизации находит благоприятную почву в общественном мнении на Западе. 

Да уж, наворотили товарищи… Перейдя в оппозицию, они угрюмо взирали на то, как другие разгребают обломки их прекрасного социалистического здания, да покрикивали об ущемлении интересов трудового народа в ходе этой работы. Но в общем-то, &