 |
№ 12 Июнь, 2006
- Художник
номера
Мария
Казанская
Мария
Казанская
выросла в Самаре (Куйбышеве) и рисовала всегда, сколько себя
помнит. Ее профессиональное образование началось в Куйбышевском
художественном училище, которое тогда недавно открылось. Традиций еще не
было, и преподавали там по-разному, но в основном в академической манере.
Окончив училище и проработав год оформителем в КБ (где в свободное время
писала портреты колоритных сослуживцев), Казанская наудачу отправилась в
Москву поступать в Строгановское училище, не особенно надеясь на успех. Но
поступила, и снова с головой ушла в занятия живописью и рисунком.
Строгановка -- заведение с вековыми традициями, и учили там совсем не так,
как в училище. Рисунок "по-строгановски", с упором на лепку объема,
энергично преподавал скульптор Лев Михайлов, а живопись вела, ничего не
навязывая, Нина Лордкипанидзе, тонкий живописец и внимательный педагог.
Другой стиль преподавания, другие требования означали, что надо
переучиваться. Это всегда нелегко, зато от этого спадают шоры. В живописи
нет единственно верного пути, и Казанская хорошо усвоила этот урок.
Мастерское владение разнообразными стилями и техниками дает ее работам
широчайший набор выразительных средств.
У каждого художника есть главная тема. Можно сказать, что для Казанской это
- живопись как таковая. Не только изображаемый объект и не только чистая красота краски на холсте, но в первую очередь их взаимоотношение
- предмет ее работ. "Изображая золотые дикие овсы на круглых калифорнийский холмах",
- говорит художник,
- "я использовала условность фактуры грубых мазков, позволяя зрителю видеть то траву вблизи, то
пейзаж издали, то абстрактную живописную поверхность". Краска и трава выступают здесь на равных, а зритель приглашается к сотворчеству, втягивается в процесс.
Если в серии калифорнийских пейзажей фактура мазка метафорически передает как бы тактильное впечатление от натуры, то в серии "Портреты моего сына" взаимоотношение живописи с объектом более сложное. Слово художнику:
«Мысли о времени определили характер портретов моего маленького сына. Наблюдая, как он растет и меняется, я испытывала почти трагическое чувство невозвратности жизни. Вот я еще не закончила картину, а образ малыша, которого я начинала писать, уже тускнеет и выцветает, как на старой фотографии. Память осыпается, покрываясь сеткой трещин и царапин, черты расплываются, изображение двоится.»
Поэтическая метафора трескающейся и осыпающейся памяти определила характер живописи в этих портретах, где нежный и светящийся образ ребенка контрастирует с резко фактурной поверхностью. Так живописная техника работает на выражение того, что иначе, пожалуй, и не выразишь.
Совсем иначе выглядит еще не законченная серия работ на бумаге под общим названием "Вода и камни". В них четыре "героя" -- вода, камни, песок и свет, точнее, блеск. Условность этого блеска (художник просто оставляет светиться учаски белой бумаги) тоже помогает переключать восприятие: можно увидеть только мазки, штрихи и пятна цвета, а можно булыжники на песке, но можно и скалы с птичьего полета. Этот колеблющийся, неверный пространственный масштаб выводит на сверхтему серии: размышления о времени, где вода олицетворяет текучую мгновенность, а камни -- почти-вечность. Здесь тоже два масштаба, только временнЫх, и они замыкаются друг на друга, поскольку вода
и время превращают камни в песок.
* * *
Персональная выставка работ Марии Казанской из проекта "One Kid Show" проходит в залах YWCA, университет Беркли, в июне-июле. Адрес: YWCA @
UC Berkeley, 2600 Bancroft Way, Berkeley, CA 94704.
Иллюстрация: “Портрет сына”
Иллюстрация: фото художника
Иллюстрация: “Вода и камни”
Иллюстрация: “Холмы”
|
Cайт художника: http://www.kazanskaya.com |