|
Творчество Александра Манусова - яркое и самобытное явление в отечественном искусстве последней трети 20-го столетия. Представитель ленинградского андеграунда 70-80-х годов, он сумел органически сочетать культурную преемственность со свободой формального поиска. Накапливающееся исподволь как результат постоянного напряженного труда новое качество дало ослепительную вспышку в работах последних лет.
Глубина замысла, исполненного драматических, а подчас и трагических интонаций - свидетельство размышлений о главных вопросах жизни, естественность и виртуозностью воплощения, музыкальность и душевная теплота, любовное отношение к материалу - вот качества, которые позволяют говорить об уникальности таланта Александра Манусова. Его творчество - живая мистерия цвета, подлинное умозрение в красках.
Короткая биография Александра Манусова укладывается в несколько строк: родился в 1947 году в сибирском городе Омске, куда его мать была эвакуирована из блокадного Ленинграда. Через десять лет переехал с матерью в Ленинград. Первые занятия рисованием в заводском клубе были продолжены затем в студии Дворца пионеров у известного всему городу замечательного педагога Соломона Борисовича Левина. После чего последовала учеба в Ленинградском высшем промышленно-художественном училище имени В.И. Мухиной, благополучно завершенная в 1972 году по специальности дизайнер.
Одним из самых значительных событий своей жизни Александр Манусов считал вступление в круг художников андерграунда. Позднее Манусов признавался: "Они почти все, за исключением немногих, были старше меня, и это они были моими главными учителями. Не все, конечно, но такие, как Игорь Иванов, Александр Арефьев, Владимир Шагин, Рихард Васми, Александр Леонов, были тогда и остаются теперь для меня эталоном художника".
Мир творческих фантазий художника в начале его творческого пути не выходил за пределы камерных сюжетов- пасторальных прогулок, задумчивых бесед, бесшумных игр и призрачных купаний. И лишь в последние годы жизни приобрел неожиданную мощь и силу обобщения. Невидимый труд души, пережившей любовь, болезнь, страх смерти и восторг воскрешения, вывел искусство художника далеко за пределы, суженные понятием "нонконформизм", и превратил в бесспорно значимое явление русской культуры.
Путь постепенного преображения действительности, ее осмысления, привел Александра Манусова к подлинному открытию - образу могучего Древа, ставшего знаком и символом его искусства, втянувшему в свою орбиту небо, землю, людей с их страстями, муками, ложным пафосом и надеждой на избавление.
В произведениях, созданных в конце 80-х годов ("Деревья", "Шествия", триптих "У воды"), соотношения предметных и беспредметных форм возникают в условном символическом пространстве - приграничье двух миров: света и тьмы, зелени и огня, жизни и смерти. С поразительной смелостью художник выплескивает на холст контрастные "слепящие" открытые цвета - желтые, красные, синие, и тогда обнаженность живописного высказывания максимально приближается к состоянию почти чрезмерной откровенности, к эмоциональному шоку. Будучи человеком с очень больным сердцем, Александр перенес операцию, сделанную в Вильнюсе литовскими хирургами. Предчувствуя недолговечность жизни и стремясь успеть высказаться, Александр Манусов испытывал потребность в прямолинейности и резкости изобразительного языка, использовал все возможные средства для того, чтобы его "послание к человеку" было понято. Найденные художником предельно скупые обобщенные формы, лишь напоминающие о деревьях и фигурах, не только обладают безусловной пластической и цветовой убедительностью, в них присутствует мощное одухотворенное начало, способное наделять молчаливые композиции интеллектом, страстью, чувством любви и сострадания. Абсолютная свобода, пришедшая к Манусову вместе с вдохновенной виртуозностью, позволяла воспроизвести тщательно продуманную гармонию цветоритмов, составлявшую основу живописной структуры, которая, в свою очередь, усиливала ассоциативное восприятие, вызывала активное "погружение" в мир, рожденный художником. Этот мир, несмотря на безусловную зашифрованность населяющих его возвышенных образов, остается глубоко поэтичным и парадоксально ясным.
В середине семидесятых годов Александр Манусов стал членом группы "Алеф", объединившей двенадцать ленинградских живописцев. Заявленную в манифесте цель придать своему искусству национальный еврейский колорит постепенно заменили политические мотивы, и задачи культурной самоидентификации оказались невыполненными. Через два года, в 1976 году, после многочисленных отъездов участников группы в эмиграцию "Алеф" перестал существовать. Но библейская тема, возникшая в творчестве Манусова, не являлась случайной, ее закономерность проявлялась постепенно, подкрепленная зрелыми размышлениями о судьбе человека, его праве на выбор, его предназначении, страдании и смерти. Глубоко и остро, как свидетельство личной памяти, воспринимались и переживались художником история иудейского народа, рассказанная в Библии, и особенно трагедия Холокоста. Фундаментальность библейской темы не противоречила стилю Манусова, особенностью изобразительного языка которого являлось отсутствие "литературного фона". Поэтический мир живописца полон драматических коллизий, воспринимаемых, подобно музыке, как мелодии цвета. В отличие от других мотивов, во многих вариациях, сопровождавших Манусова многие годы, библейские сюжеты рассматривались художником более независимо от принятой традиции, предполагающей непосредственную связь с текстами Писания.
Александр Манусов позволял себе быть абсолютно свободным - в творчестве, образе мыслей, в том числе и в выборе представлений, не зависящих от диктата моды.
Прошло почти семнадцать лет со дня смерти Александра Манусова. В изменившемся мире многие понятия, казалось бы имевшие непреходящее значение, приобрели иную ценность. Но право на независимый личный выбор по-прежнему находится в числе приоритетов. В свободном, мятежном характере живописных фантазий, созданных Манусовым в последние годы жизни, талантливо и страстно оказалась выражена именно эта, всегда актуальная идея. Художник надеялся, что творчество позволит ему пребывать в мире, который он так любил. Его надежды оправдались.
Наталья Козырева, заведующая отделом акварели и рисунка VIII – XX веков Государственного Русского музея, Санкт-Петербург, Россия.
|
